Если на карте Полинезия напоминает огромный треугольник, то Большой остров, крупнейшее звено гавайской цепи, похож на другую геометрическую фигуру – ромб. Городок Хило расположен на восточной оконечности ромба. Я собрался в Каилуа (она станет базой для моих дальнейших поездок по Гавайям). Я выбрал дорогу № 19 – путь, которым еще ни разу не пользовался. Шоссе проходит по северному побережью Большого острова, через одну из шести земель – Хамакуу. С самого начала пути меня окружал живописный ландшафт. Вдоль шоссе, словно жемчужины на нитке, «нанизаны» разные достопримечательности.
   Первая из них расположена примерно в тридцати километрах северо-западнее Хило. Это Акака – водопады высотой сто сорок метров, самые красивые низвергающиеся реки на архипелаге. С мелодией водопадов сливается пение красных птиц, населяющих окрестные леса.
   Вдоволь налюбовавшись «Радужными водопадами» – они особенно красивы, когда сквозь кроны деревьев пробиваются солнечные лучи, – я снова свернул на старую дорогу. Она шла вдоль берега океана. По обочинам возвышались пальмы и другие экзотические деревья, виднелись обширные плантации сахарного тростника. Дорога вела к городку Лаупахоэхоэ, который буквально «плывет» в волнах океана.
   Однажды взмахом руки богиня Пеле создала в голубых водах океана крошечный полуостров, на котором расположился городок Лаупахоэхоэ. Здесь можно увидеть последствия не только вулканической деятельности, но и разрушительной работы волн смерти, которые часто угрожают прибрежным строениям Большого острова. Уже после второй мировой войны одна из волн цунами неожиданно обрушилась на Лаупахоэхоэ и унесла с собой в океан часть здания небольшой местной школы вместе с учениками, преподавателями и школьным сторожем. Все они погибли. Жители Лаупахоэхоэ не стали отстраивать школу заново. Оставшиеся руины – безмолвное напоминание о страшной угрозе цунами.
   Покинув сонный, тихий Лаупахоэхоэ, я отправился во второй по величине городок Большого острова – Хонокаа. Здесь перерабатывают сахарный тростник и макадамовые орехи.
   Магазинчик, где продается этот дар гавайской природы, зазывает к себе туристов. Я тоже купил несколько пакетиков, как мне объяснили, «самых вкусных в мире орешков». Затем я продолжил свой путь вдоль берега океана по узенькой проселочной дороге – единственному пути, ведущему в изолированный мир фантастической долины Ваипио, где еще несколько десятилетий назад проживало более семи тысяч чистокровных гавайцев.
   Я петлял вдоль длинных оврагов, а порой и пересекал их. Остались позади деревеньки Капулена и Кукухаэле. Наконец дорога привела в глубокую долину Ваипио. Длина этого каньона – около десяти километров. В наши дни всю пригодную для обработки землю занимают поля таро. Раньше полинезийцы выращивали здесь также бананы, а в прудах разводили пресноводную рыбу.
   Гавайцы застроили долину Ваипио многочисленными (сейчас уже почти полностью разрушенными) святилищами. В одном из святилищ гавайский властитель принес в жертву богу, который был его «хранителем», восемьдесят своих подданных.
   Покинув мертвые святилища долины Ваипио, я снова возвратился в Хонокаа и через городок Камуэла направился к западному побережью Большого острова. Обширная земля Кона когда-то гордилась лучшими гавайскими святилищами, в которых «жили» полинезийские боги. Поэтому в своих заметках я назвал эту область «Страной богов» в отличие от следующей, шестой земли Большого острова – Кохалу, которую отметил про себя как «Страну вождей».
   Прежде чем побывать в «Стране вождей», я решил посетить «Страну богов». Сердцем этой обширной территории, ограниченной с запада стокилометровым отрезком океанского побережья, а с востока отрогами вулкана Мауна-Лоа, является Каилуа. Как и во многих подобных поселениях Коны, здесь когда-то было большое святилище Ауэна.
   Мне удалось обнаружить руины хеиау Ауэны, расположенного на черных скалах залива Камакахону. Жрецов я здесь уже не увидел. Вместо них сюда приходят гавайцы, чтобы потанцевать у развалин храма. На этом когда-то священном месте они демонстрируют туристам, осматривающим руины, отнюдь не священные танцы. Туристов здесь много. Пожалуй, эта часть Коны привлекает к себе путешественников больше любой другой области Большого острова. Они живут в отелях, построенных на единственной здешней улице Алии Драйв, которая тянется все дальше к югу – к заливам Кахулуи, Холуалоа, а теперь подбирается и к далекому Кеахоу.
   Все отели на Алии Драйв – «Шератон Кона», «Кеахоу Серф Рисот» и особенно «Кинг Камеамеа» – действительно великолепны. Один из них построен прямо над заливом, из окон другого можно подолгу созерцать просторы океана. Я же любил смотреть на океан, не затрачивая на это своих скудных средств, с того места, где полинезийцы молились своим богам, – с северной оконечности набережной Каилуа, повисшей над заливом Камакахону.
   Этот залив – царство истинных хозяев здешних мест – рыбаков, ежедневно собирающих дань в водах самого щедрого участка океана. И хотя океан весьма милостив к рыбакам, они заботятся о том, чтобы море не оскудело ни завтра, ни послезавтра, и поэтому привязывают к мачтам своих суденышек яркие листья растения ти.
   По утрам я видел листья на мачтах, вечерами убеждался в том, что традиционные украшения действительно дают желаемый результат. Хороший улов всегда вызывает законную гордость у тех, кто его привозит. Стоящие на берегу узнают о нем задолго до того, как нос суденышка коснется земли: об улове сообщают флажки, которыми расцвечены возвращающиеся рыбацкие лодки.
   Голубые марлины – царский улов – попадались мне здесь довольно часто. Рыбаки прямо на берегу взвешивали стокилограммовые туши и цепляли их на крючки своеобразной «рыбьей виселицы». Рыбаки-спортсмены, съезжающиеся сюда из всех уголков земного шара на охоту за голубым марлином, фотографируются рядом со своей добычей – гигантскими рыбинами. Ежегодно в Каилуа, в августе, проводится первенство мира по ловле голубых марлинов.
   Гигантские рыбины – лишь один из мировых уникумов небольшой Каилуа, сердца гавайской земли Кона. Как ни странно, в «Стране богов» растет, как утверждают местные жители, лучший в мире кофе. Рядом с обеими дорогами – той, что привела меня с севера, и той, которая уводит из Каилуа на юг земли Кона, – лежат кофейные плантации. Местные жители занялись выращиванием кофейных деревьев сравнительно недавно – с 30-х годов нашего столетия. Несмотря на это, уже сейчас здесь собирают самые высокие в мире урожаи кофе, выше, чем в Бразилии, Колумбии или Коста-Рике.
   Принято считать, что местный кофе хотя и самый вкусный в мире, однако и очень дорогой, поэтому его смешивают с другими, более дешевыми сортами, после чего гавайский кофе приобретает неповторимый аромат. Урожай в окрестностях Каилуа собирают осенью, когда плоды кофейных деревьев становятся темно-красными. Из-за цвета эти плоды иногда называют черешнями. Кофе высушивают, обрабатывают и размалывают на одном из местных предприятий (например, на «Сансет кофи коопирейтив мил»), после чего он поступает в продажу.
   Не успел я появиться на улице Алии Драйв в Каилуа, как ко мне бросились уличные лоточники, предлагая пакетик настоящего гавайского кофе. Пакетик стоил очень дорого, но удивляться тут было нечему: ведь в нем находился лучший в мире кофе.
   Кофе я так и не купил, но утверждение местных жителей, что голубые марлины здесь самые крупные, а кофе самый вкусный в мире, запомнил. Они упорно убеждали меня и в том, что в Каилуа самый лучший микроклимат на всем Гавайском архипелаге и самая лучшая в мире погода, ведь температура никогда не падает ниже пятнадцати градусов по Цельсию и не поднимается выше двадцати семи. Температура морской воды постоянна. В Каилуа можно купаться круглый год.
   Поездки на склоны вулкана Мауна-Лоа позволяют в зимние месяцы насладиться катанием на горных лыжах – уникальная возможность в тропическом и субтропическом поясах. В один и тот же день здесь можно размяться на горнолыжных трассах, а потом искупаться в водах океана. Кроме самого лучшего в мире кофе, самого приятного климата и самых больших голубых марлинов, Каилуа, да и вся земля Кона, ничем не славится. Правда, если не считать развалин многочисленных гавайских святилищ хеиау, в которых «жили» полинезийские боги. Ведь до того как земля Кона стала страной великолепной природы, лучшего кофе и рыб-великанов, она была страной полинезийских богов.